Судьба с чужого плеча - Анна Иванова

— Соломинка, тебе их не хватало?

— Они не мои.

— Тогда чьи? Я нашел их на месте преступления!

— Свекровь, наверно, забыла.

— Так вот кто убил Катьку! Это же улика! Еще, возле контура тела, между досок в полу, дырка от каблука. Тебя я на каблуках до сегодняшней ночи не видел, значит, бабка продырявила пол, когда убивала внучку.

— Не придумывай. Она старушка — божий одуванчик.

— Ольга Семеновна — божий одуванчик?! Не смеши меня! Она нас с тобой в легкую завалит, ни то, что пятилетнего ребенка.

— Откуда ты знаешь маму Олега?

— Она всю жизнь в этом доме жила. Переехала в квартиру, когда Олег в первый раз женился. Кстати, она всегда ходила на каблуках. Цок-цок!

— Не думала, что вы с Олегом вместе выросли. Мне казалось, вы совсем не общаетесь.

— Мы разные люди. Здороваемся по-соседски, но не дружим. Так, не сбивай меня! Выходит, бабуля завалила внучку.

— Игорь, не убивала Ольга Семеновна Катю. Она нормальный, адекватный человек. Очки, скорее всего, забыла, когда приходила проведать сына.

— Адекватный человек?! Она всю жизнь проработала учителем. Ты знаешь хоть одного адекватного учителя? Мы у нее пятерки получали раз в год — после ремонта класса за родительский счет.

— Это еще не значит, что она способна на убийство.

— Ты просто не видела, как она рубила линейкой тараканов!

В глазах Игоря появляется мальчишеский азарт. Я с улыбкой пытаюсь его урезонить.

— Каждый человек хоть раз в жизни убивал таракана.

Он вытягивает губы в трубочку и, хватая ртом воздух, выдает:

— А потом она отрывала им лапки!

— Ужас! — соглашаюсь я, еле сдерживая смех. — Мне кажется, или я слышу в твоем голосе детскую обиду?

— Ты права. Она была моей классной руководительницей. Я всегда получал у нее одни двойки, за пение.

— Неужели так плохо пел?

— Нет, она вела географию.

Я заливаюсь смехом и шлепаю Игоря по голове картонной папкой. Он неожиданно хватает меня за руку. Неужели не понял, что я в шутку? Его взгляд становится напряженным.

— Дай-ка, — выдергивает торчащую из папки бумагу. — Несчастный случай на производстве… Ага, то, что надо!

Вглядываюсь в текст. Та самая вырезка! Я чуть было ее не выбросила. Игорь прав, от меня никакой пользы. Нельзя расстраиваться и опускать руки. Надо стараться сильнее.

— Ладно, — серьезно говорит он и протягивает мне вырезку, — продолжаем развивать версию с работой. Но бабулю со счетов не сбрасывай! Очки я, на всякий случай, конфискую. Улика, как-никак.

С улицы доносится скрип калитки. Раздаются шаги. Я кладу вырезку обратно в папку и оборачиваюсь к Игорю. Его взгляд не кажется испуганным, это придает мне уверенности. Шаги приближаются. Слышно, как поворачивается в замке ключ. Я подбегаю к окну на кухне, пытаюсь открыть — бесполезно. В детской то же самое. Похоже, Олег подготовился к моему визиту и забил окна гвоздями. Тащу Игоря за руку в спальню.

— Шкаф! — кричу я.

— Нет, я не хочу в шкаф.

— Отодвинь его, — пытаюсь говорить как можно спокойнее. — Олег не сменил замки, зато забил гвоздями все окна, чтобы из дома можно было выйти только через дверь.

— Через дверь в шкафу?! С детства мечтал побывать в Нарнии.

— Отодвигай!

Он с силой толкает шкаф вбок, тот покачивается и отъезжает. В середине яркого прямоугольника обоев сияет полуденным светом окно. Я подбегаю к нему. Щелчок шпингалета и окно распахивается. Все-таки я Бонд, Джеймс Бонд! Мы по очереди вылезаем на улицу. Внизу уже поджидает собака. Смотрит на Игоря влюбленным взглядом и облизывается, не забывая при этом скалить зубы.

— Чего ты ждешь?

— Ничего. Мяса у меня больше нет.

Мы переглядываемся и со всех ног бежим к забору. Игорь лезет в дыру первым. Его ноги проскальзывают под забор, но когда дело доходит до ягодиц, Игорю приходится вырывать траву и разгребать землю. Теперь Олег наверняка заметит подкоп и заделает лазейку. Прижимая папку к груди, я пролетаю в разинувшую рот яму следом за Игорем и приземляюсь прямо в его объятия. Секунду привыкаю к теплу его тела, ощущаю спиной, как подрагивает его живот. Игорь заходится смехом, который тут же передается мне. Его прерывистое дыхание щекочет мне ухо. Я чувствую, как играют мускулы на его груди, ощущаю легкие толчки живота. Неуклюже поворачиваюсь в его объятиях. Как будто назло он еще сильнее прижимает меня к себе. Я вижу его губы, розовые и горячие, поднимаю взгляд и жалею, что не оттолкнула Игоря, пока была еще в состоянии от него оторваться. Он наклоняет голову, касается кончиком носа моей щеки и…

— О господи! — вскрикиваю я. — У тебя кровь!

— Где? — выдыхает он.

— На лбу!

Игорь проводит ладонью по красной полоске и подносит руку к глазам.

— Ерунда, шрамы украшают мужчин. Но если ты хочешь поиграть в медсестричку — я не против.

— Не думала, что ты любишь ролевые игры.

— Обожаю. Так на чем мы остановились?

— Мы нашли статью о несчастном случае.

Игорь разочарованно вздыхает и выпускает меня из неприлично тесных объятий. Я стараюсь не смотреть в его сторону. Он подает мне руку. Я, не глядя, принимаю помощь и поднимаюсь на ноги. Поправляю платье и, вслед за Игорем, захожу в дом. Он идет на кухню заваривать чай, а я усаживаюсь в кресло и читаю вслух:

— Несчастный случай с девятнадцатилетним установщиком спутниковых антенн, который проигнорировал требования безопасности и продолжил работу во время непогоды, произошел десятого мая. Гуренков Артур Аркадьевич поскользнулся и упал с крыши. По дороге в больницу он скончался. Трагедия случилась в рабочее время. Родители погибшего, пенсионеры, несколько лет назад потерявшие старшего сына во время военных действий в Чечне, требуют правосудия. Руководство предприятия утверждает, что Гуренковым была нарушена техника безопасности.

— Вот видишь, родители требовали правосудия и не дотребовались, — говорит Игорь, заходя в комнату с кружками, — а потом решили сами восстановить справедливость.

Я делаю глоток чая и, собравшись с мыслями, начинаю спорить:

— Это предположение, догадки. У нас нет ни единой улики.

— Значит, надо их достать.

— Откуда? Из-под земли?

— Если хочешь, — пожимает плечами он, — но я предпочитаю проведать родителей парня.

— Где ты собираешься их искать?

— Гуренковы — не такая уж популярная фамилия. Уверен, адрес стариков найдется в телефонной книге.

— Может, они вообще не из нашего города? Вдруг он был гастарбайтером, приехал на заработки в Россию и…